Просто волшебный металл

• Tweet

 19 марта 2007

«Мы видим свою компанию открытой и эффективной и стремимся к тому, чтобы активы управлялись международным консорциумом», — говорит генеральный директор Корпорации «Металлы Восточной Сибири» и компании MBC Resources Олег Михайленко

Фото предоставленно "Металлы Восточной Сибири"

Цинк и свинец в дефиците. Сегодня в мире нехватка цинка оценивается в 360 тыс. тонн в год, по свинцу — показатель гораздо ниже, но среднегодовой рост его потребления в России составляет 7,5%. Предложение этих цветных металлов не обеспечивает спрос всего на три–пять процентов, но и этого оказывается достаточно, чтобы цена на цинк к концу 2006 года зашкалила за четыре тысячи долларов за тонну, а свинца — за 1 600 долларов. Сейчас она скорректировалась, но в ближайшие несколько лет о серьезном падении цены ни на цинк, ни на свинец речи не идет — их рынки вступили в стадию повышательного ценового тренда. Кто выигрывает от этого? Во-первых, горнодобывающие компании и перерабатывающие заводы, добывающие полиметаллические руды (или планирующие начать их добычу) и производящие конечный продукт в виде концентрата или чистого металла. А во-вторых, стратегические партнеры этих компаний.

Меньше года назад компания «Металлы Восточной Сибири» (МВС), дочерняя компания инвестиционно-финансовой структуры «Метрополь», приступила к строительству Озерного горно-обогатительного комбината (ГОК) в Республике Бурятия на базе крупнейшего в России одноименного полиметаллического (свинцово-цинкового) месторождения. Одновременно началось освоение Холоднинского месторождения. Успехом компании стало заключение соглашения с зарубежным партнером по освоению Озерного — шведской компанией Lundin Mining, приобретшей 49% доли в озернинском проекте.

Менеджмент МВС намерен превратить горнорудное полиметаллическое направление группы «Метрополь» в огромный прибыльный международный проект. О стратегии развития полиметаллического бизнеса и о принципах государственно-частного партнерства мы беседуем с генеральным директором Корпорации «Металлы Восточной Сибири» Олегом Михайленко.

«Мы будем диверсифицировать все риски»

— Олег Викторович, зачем Группе компаний «Метрополь» понадобилось пойти в капиталоемкий полиметаллический бизнес?

— История закономерная. Группа «Метрополь» владеет весомой долей в холдинге «Русские аккумуляторы», который практически полностью обеспечивается свинцом импортного производства. Сегодня Россия производит только два процента от того объема свинца, который потребляется внутри страны. Остальное — импортируется, а это означает зависимость от внешнего рынка. И поэтому нам понадобилось обеспечить сырьевыми ресурсами собственные производственные мощности. Мы провели анализ полиметаллических рудных объектов, на которые Федеральное агентство по недропользованию собиралось проводить аукционы. В то время как раз предлагались Озерное и Холоднинское месторождения.

А дальше все просто. Когда мы выиграли оба аукциона, на рынке начался резкий рост цен на полиметаллы. Из задачи обеспечения наших предприятий собственным сырьем первоначальные инвестиционные планы превратились в доходные проекты по производству свинца и цинка.

— Проводились исследования по внутреннему и внешнему рынку на свинец и цинк?

— Недавно мы объявили о создании новой компании в составе Группы «Метрополь». Она называется MBC Resources. На ее основе образуется специализированный рудный холдинг в структуре рудного бизнеса Группы «Метрополь». Она станет головной компанией, которую мы будем позиционировать для инвесторов или готовить для возможного публичного размещения акций на бирже. Сценарии могут быть разными. Созданию компании предшествовало комплексное исследование мировых рынков цинка и свинца, которое по нашему заказу провела одна из крупнейших международных фирм в области стратегического консалтинга, компания Roland Berger Strategy Consultants. Экспертиза показала, что эти рынки сегодня на подъеме. Это позволило нам определить свое место и роль, а также выработать стратегические направления продвижения.

— Вы ориентируетесь на внутренний или внешний спрос, какова в целом ваша стратегия?

— Мы будем диверсифицировать все риски. В том числе и по стадиям переработки. Мы заказывали это исследование, чтобы понять, до какой стадии следует перерабатывать руду, на какие рынки продавать готовую продукцию и какие риски ожидать. Исследование говорит о следующем: надо продавать и концентрат, и металл. В этой связи мы начали подготовку к созданию собственных металлургических производств. Рассматриваются два региона для размещения таких мощностей — Читинская область, то есть территория, располагающаяся вблизи Озерного рудного узла на юге Бурятии, и район Приангарья, рассчитанный на северное производство, на Холоднинское свинцово-цинковое месторождение.

Но мы можем пересмотреть приоритеты в отношении размещения второго металлургического завода. Многое будет зависеть от темпов строительства железной дороги между станциями Могзон на Транссибирской магистрали и Новый Уоян на Байкало-Амурской. Наша стратегия может быть пересмотрена в сторону Читинской области. Кроме того, здесь действует множество иных факторов, таких, как близость азиатских рынков сбыта.

Прежде всего нас интересует внутрироссийский рынок, который может быть закрыт поставками нашего цинкового концентрата на предприятия, например, на Челябинский цинковый завод, достаточно большой и незагруженный, и осетинский «Электроцинк». Более того, есть два огромных близлежащих рынка — Китай и Япония, заинтересованные в использовании металла для оцинковки железа для активно развивающейся автомобильной промышленности, и металлических конструкций для строительной индустрии.

«Открытий крупных месторождений по цинку  в мире мы пока не предвидим»

— Цены на цветные металлы в долгосрочном периоде подвержены затяжному росту и не менее затяжному падению. Вы не преувеличиваете возможности проекта по окупаемости, прибыльности?

— Безусловно, мы просчитывали этот вопрос. По пессимистичному сценарию цена на цинк может прогнуться вплоть до 1 500 долларов за тонну. И это нормально: когда мы начинали проект, цинк стоил 1 100 долларов. Наше первое технико-экономическое обоснование, pre-feasibility study, по Озерному месторождению было построено не на нынешних 3,5 тысячах долларов за тонну, а на цифре 1 100. Но даже при такой цене экономические показатели находятся в плюсе, причем в хорошем плюсе. Почему? У нас достаточно недорогая электроэнергия, недорогая рабочая сила, недорогая логистика перевозок и достаточно стабильный политический климат. Вот вам ответ, почему 1 100 является рентабельной ценой. Прогнозы — дело неблагодарное, но минимальная возможная цена на цинк не опустится ниже 1 500 долларов за тонну.

В мире разведано не так много крупных месторождений полиметаллических руд, таких, как Озерное и Холоднинское. Есть очень крупное свинцово-цинковое месторождение Мехдиабад в Иране, но оно заморожено по причине известных политических рисков. Но даже чтобы ввести в эксплуатацию месторождение подобного масштаба, его надо доразведывать лет двадцать. Возможно, цена временно снизится, но вскоре снова возрастет из-за образовавшегося дефицита. Открытий крупных месторождений по цинку в мире мы пока не предвидим.

— Вы будете диктовать условия мировому рынку полиметаллов?

— Мы сделаем все, чтобы не вести себя как слон в посудной лавке и не создавать какие-либо демпинговые ценовые прогибы. У нас достаточно времени между поэтапными запусками производств на Озерном и Холоднинском ГОКах и постепенно образующимся дефицитом металла на рынке. В период введения комбинатов в эксплуатацию первые партии цинка и свинца как раз попадут под дефицит. Но у нас есть понимание, что после запуска Озерного и Холоднинского ГОКов, суммарный объем производства которых приблизится к миллиону тонн цинкового концентрата, мы будем обладать достаточно мощным рычагом влияния на рынке. Хотя я не думаю, что это вызовет какие-либо демарши. Все-таки мы рыночная компания и рассчитываем, что ко времени запуска обоих заводов станем публичной компанией и, вероятнее всего, уже международным консорциумом. Мы видим свою компанию открытой и эффективной и стремимся к тому, чтобы активы управлялись международным консорциумом.

— Для этого консорциума вы будете искать инвесторов?

— Сначала мы искали их, теперь они ищут нас. Мы уже получаем предложения от крупных игроков на финансовом рынке и рынке цветных металлов. Поэтому-то и было форсировано написание бизнес-плана по свинцово-цинковому направлению. В настоящее время ведутся плотные переговоры с такими компаниями, как IFC, SUMITOMО, Societe General по вхождению их в проект в качестве стратегических инвесторов. На каких условиях — покажет время. Мы не скрываем намерений, что контрольный пакет сохраним за собой, поскольку наши активы — это все-таки стратегические ресурсы страны, и было бы неправильным ни для бизнеса, ни для государственной политики передавать контроль над ними иностранным компаниям. Но я думаю, что значительным пакетом акций компании MBC Resources будет владеть иностранная компания. Это условие мировой интеграции и минимизации управленческих рисков.

«Губернаторы не могут себя вести по-другому»

— Олег Викторович, а где у вас гарантии, что государство будет выполнять свои обязательства по государственно-частному партнерству?

— Во-первых, мы уже владеем достаточно солидным положительным опытом сотрудничества с государством. Начиная от сотрудничества по подготовке кадров с Санкт-Петербургским горным институтом и заканчивая проектом по строительству совместного сернохимического производства с государственной корпорацией ТВЭЛ. И третьим примером нашего партнерства является подача в Инвестиционный фонд Российской Федерации заявки на строительство железной дороги. Я бы назвал это новым для нас этапом на пути государственно-частного партнерства. Если бы кто-то в девяностых годах мне сказал, что с государством можно сотрудничать, я бы не поверил. Однако сегодня изменилось государство, и изменились люди, которые это государство представляют.

— Вы говорите об изменениях в высших органах федеральной власти, а как обстоят дела в регионах, ведь вам часто приходится встречаться с региональными властями?

— У любого инвестора есть две линии взаимоотношений с местной властью. Первая — отношения с первым лицом региона. Я могу сказать, что отношения с Леонидом Васильевичем Потаповым и Равилем Фаритовичем Гениатулиным у нас складываются очень хорошие. Дорога — это вопрос, важный не только для Бурятии, но и для Читинской области. Губернаторы не могут себя вести по-другому, поскольку одновременно с решением наших производственных задач решаются социально-экономическое проблемы территорий.

Знаете, я считаю себя честным менеджером и никогда не буду кривить душой — взаимоотношения с чиновниками любых команд складываются по-разному. Если говорить о разных уровнях властного представительства в регионах, то да, в нашем государстве с этим вопросом не все обстоит благополучно. Но почему? Да просто на местах безграмотно выстроены полномочия властных институтов и всевозможных проверочных инспекций, в особенности касающихся технологического направления. Если вы захотите разобраться, кто сегодня отвечает за экологическую экспертизу любого инвестиционного проекта или промышленного предприятия, то голову сломаете. Программу по экологии может утвердить и Росприроднадзор, и Ростехнадзор. Не должно быть так, чтобы две структуры утверждали вам экологический проект! Зачастую получается, что две организации борются на одной территории. Зачем создана эта конкурентная борьба, когда одна служба утверждает, а другая следом выдает предписание и закрывает предприятие? Кто так сделал? А объектом конкуренции в данном случае выступаем мы, промышленные предприятия. Это одна из издержек современного устройства государственной власти в стране. Однако надеемся, что ситуация со временем изменится.

Источник: Эксперт

Page load: 0.00313 sec